Рефераты. Экономическое развитие западноевропейских стран в эпоху феодализма (V-XV вв.)

В XIV-XV вв. новых крупных городов появилось мало, возникали в основном мелкие и мельчайшие. Развитие крупных городов вело к их специализации в торговле (Гамбург, Любек, Брюгге, Марсель, Бордо, Дувр, Портсмут, Бристоль) или ремесленном производстве (Амьен, Ипр, Гент, Нюрнберг, Аугсбург, Ульм, Йорк). Отдельные города соединяли в себе обе функции (Париж, Лондон).

Большинство горожан было занято в сфере производства и обращения товаров: торговцы, ремесленники. Было достигнуто довольно высокое для своего времени разделение труда ремесленников: до 300 специальностей в Париже и не менее 10-15 в мелких городах. Наиболее распространенными отраслями городского ремесла были текстильное производство, плавка и обработка металлов. Ремесленник был почти исключительно товаропроизводителем, вел свое хозяйство практически без применения наемного труда, его производство было мелким, простым.

Характерная особенность ремесленной деятельности – объединение лиц определенных профессий в пределах каждого юрода в цехи, гильдии братства. Их появление было обусловлено достигнутым в то время уровнем развития производительных сил и всей феодально-сословной структурой общества. Цехи в Западной Европе появились почти одновременно с городами в Италии – в X в., во Франции – в конце XI - начале XII в., в Англии и Германии – в XIII в. Цехи как организации самостоятельных мелких мастеров помогли им защищать свои интересы от феодалов, от конкуренции сельских ремесленников и мастеров из других городов, которая была опасна в условиях тогдашнего узкого рынка и незначительного спроса. Цехи выполняли ряд функций: во-первых, утверждали монополию на данный вид ремесла; во вторых, устанавливали контроль над производством и продажей ремесленных изделий; в-третьих, регулировали отношения мастеров с подмастерьями и учениками.

Цехи не были производственными объединениями, каж­дый ремесленник работал в собственной мастерской, имели свои инструменты и сырье. Ремесло передавалось по нас­ледству, было семейным секретом. Внутри мастерской поч­ти отсутствовало разделение труда, оно определялось сте­пенью квалификации. Разделение труда внутри ремесла шло через выделение новых профессий и цехов. В большин­стве городов принадлежность к цеху являлась обязательным условием, внецеховое ремесло преследовалось.

В мастерской обычно работали ее владелец – мастер, один-два подмастерья и несколько учеников, но членом цеха являлся только мастер. Взаимоотношения мастеров, учеников и подмастерьев регулировались цехом. Чтобы стать членом цеха, надо было обязательно пройти низшие ступени, но продвижение по этой иерархической лестнице было сначала достаточно свободным.

Цехи регламентировали условия труда, производство продукции и ее сбыт, все мастера обязаны были им подчи­няться. Уставы цехов предписывали, чтобы каждый мастер производил продукцию лишь определенного вида, качества, цвета, пользовался лишь определенным сырьем. Мастерам было запрещено производить больше продукции или делать ее дешевле, потому что это грозило благополучию других мастеров. Таким образом сохранялся мелкий характер про­изводства. До определенного времени цеховая организация защищала монополию городских ремесленников, создавала благоприятные условия для развития производительных сил, способствовала специализации, квалификации просто­го товарного городского производства. В ее рамках расши­рялся ассортимент, улучшалось качество выпускаемых това­ров и совершенствовались навыки ремесленного труда.

Цеховая система получила распространение не везде. Во многих городах Северной Европы, в Южной и Юго-За­падной Франции существовало „свободное”, не организо­ванное в цехи ремесло. Тем не менее и здесь регламентация производства осуществлялась органами городского само­управления.

Хотя социально-экономические функции цехов были основными, эти организации охватывали все стороны жиз­ни ремесленников. В случае войны цех выступал как бое­вая единица. Он имел свои церкви, часовни, общую казну, из средств которой помогали ремесленникам и их семьям в случае болезни или смерти кормильца. На общем собра­нии цеха рассматривались нарушения устава. Все праздники члены цеха проводили вместе, завершая их традици­онной  трапезой-пирушкой.

Примерно до конца XIV в. цехи в Западной Европе иг­рали прогрессивную роль, они соответствовали достигну­тому в то время уровню производительных сил. Однако с конца XIV в. по мере расширения внутреннего и внешнего рынка они стали препятствовать техническому прогрессу, поскольку стремились сохранить мелкое производство, помешать усовершенствованиям из-за боязни конкурен­ции. Несмотря на все уравнительные мероприятия, внутри цехов все же разрасталась конкуренция. Отдельные масте­ра расширяли производство, меняли технологию, увели­чивали число наемных работников. Росла имущественная дифференциация. С одной стороны, в цехе выделилась зажиточная верхушка и прослойка бедных мастеров, вынуж­денных работать на владельца крупных мастерских, полу­чая от них сырье и отдавая готовые изделия. С другой – появилось расслоение внутри ремесла на „старшие”, бога­тые и „младшие”, бедные цехи. Старшие господствовали над младшими, лишая их экономической самостоятельности. Чаще всего это происходило в крупных городах.

Кроме того, чтобы сузить свой круг и приобрести даро­вого работника, мастера завышали сроки обучения, доступ к статусу мастера оказался фактически закрыт, звание подмастерья стало наследственным, появились „вечные подмастерья”, т.е. по сути дела наемные рабочие. Начался процесс „замыкания цехов”. Мастерами становились лишь близкие родственники членов цеха. Для остальных было не под силу наряду с изготовлением „шедевра” упла­тить крупный взнос, устроить богатое угощение членов це­ха. Примерно такая же ситуация сложилась и в „свободном” ремесле. Таким образом, в XIV-XV вв. цеховой строй постепенно исчерпывал себя и становился тормозом в развитии производительных сил.

В XIV-XV вв. в средневековых городах усилилось со­циальное расслоение, как особое сословие конституирова­лось бюргерство. Еще ранее этот термин означал лишь пол­ноправных „граждан города”. Полноправными считались те, кто получил по наследству или приобрел городское граж­данство, пользовался городскими привилегиями: правом на жительство, на угодья городской общины, приобретение недвижимости. Чтобы стать бюргером, надо было быть лич­но свободным, заплатить значительный вступительный взнос, быть способным нести тягло городу и государству, участвовать в городских платежах, иметь имущество не ни­же определенной стоимости. Понятно, что выполнить все эти условия могли только состоятельные люди. Бюргерство дало начало первым элементам буржуазии.

Таким образом, города в средневековье играли значи­тельную экономическую роль, стали центрами развития товарно-денежных отношений, носителями собственно рыночных элементов.



Развитие товарно-денежных отношений и зарождение капиталистического производства.

 

Рост городов и ремес­ленного производства в Западной Европе в XI-XV вв. сти­мулировал развитие внутренней и внешней торговли. По стоимости продаваемой продукции, престижу в обществе более заметную роль играла дальняя транзитная торговля. Можно выделить два ее наиболее значительных региона:

1) Средиземное море, Испания, Южная и Централь­ная Франция, Италия торговали между собой, а также с Византией, Черноморьем, странами Востока. С XII-XIII вв. первенство в этой торговле занимали купцы Генуи, Ве­неции, Барселоны, Марселя. Так, Генуя в XV в. заняла первое место в Европе по количеству судов, за ней следо­вали Венеция и Флоренция;

2) Балтийское и Северное моря. В торговле участвовали северо-западные земли Руси, Полоцкого княжества, Вели­кого княжества Литовского, Польши, Восточная Балтика, Северная Германия, Скандинавские страны, Фландрия, Брабант, Северные Нидерланды, Северная Франция и Ан­глия. Если в Средиземноморском регионе главными объек­тами торговли были предметы роскоши, пряности, отчасти зерно, ткани, золото, серебро, оружие, то в северном торго­вали товарами более широкого потребления: рыбой, солью, мехами, шерстью, сукном, льном, пенькой, воском, смолой, лесом, с XV в. — хлебом. Оба потока межрегиональной тор­говли связывались между собой по торговому пути, шедше­му через альпийские перевалы, по Рейну, а также вдоль Ат­лантического побережья Европы.

Большую роль в международной торговле играли яр­марки, появившиеся уже в XI-XII вв. в Англии, Герма­нии, Италии, Франции. Наибольшее значение в XII-XIII вв. приобрели шесть ярмарок Шампани и Бри. Они дли­лись по два месяца каждая, заполняя весь годовой цикл, образуя „постоянный рынок”, не имевший тогда соперни­ков. Сюда съезжались купцы из многих стран Европы: из Италии они везли дорогие восточные товары, из Фландрии – сукно, из Германии – меха, льняные, металличес­кие изделия. В XIV-XV вв. ярмарки в Шампани потеря­ли свое значение, а главным центром европейской ярма­рочной торговли стал Брюгге (Фландрия).

Внутренняя торговля в связи с натуральным характером феодальной экономики играла сравнительно небольшую роль. Как правило, города формировали местный рынок, где осуществлялся обмен с сельской округой. Основную массу товаров здесь продавали либо те, кто их производил, либо сеньоры, сбывавшие на рынке излишки натурального оброка или продукцию своего домена. Имели хождение главным образом предметы повседневного спроса.

Профессиональные торговцы в основном были близки к ремесленной среде – это мелкие лавочники и разносчи­ки. Элиту составляли богатые торговцы – купцы, заня­тые в транзитной торговле и оптовых сделках. Купеческая среда была объединена родственными и корпоративными связями. Формы объединения были различны. Распрос­транились объединения купцов одного города – гильдии, куда входили лица со сходными профессиональными ин­тересами, например торгующие одинаковыми товарами. Поэтому в больших городах было по нескольку гильдий. Они обеспечивали своим семьям монопольные условия в торговле и правовую защиту. Обычными стали „торговые дома” – семейные купеческие компании. Новой формой объединений стали морские охраняемые караваны, их на­зывали конвои. Широко распространились паевые купе­ческие товарищества (складничество, компаньонаж и др.).

Иногда в ассоциацию вступали купцы нескольких го­родов. Особую известность получила Ганза – торгово-политический союз купечества североевропейских городов. Ганза возникла в середине XIII в. (название употребляет­ся с 1358 г.) как антипиратский союз купечества 60 городов Северной Германии во главе с Любеком. К началу XV в. Ганза насчитывала уже до 170 немецких и западнославян­ских городов, имела несколько филиалов. Ведущей была Вендская Ганза во главе с Любеком, позднее Гамбургом, до XVI в. она доминировала в североевропейской торгов­ле. Известна также Парижская Ганза.

Таким образом, в XI-XV вв. торговля способствовала экономическому развитию европейского общества, хотя рынок был достаточно узким, он охватывал лишь неболь­шую часть производимой продукции и рабочих рук, почти не включал в оборот земельную собственность, для него было характерно обилие личных связей. Развитию торгов­ли мешали господство натурального хозяйства, неразвитость техники обмена и путей сообщения, феодальная раз­дробленность и беззакония феодалов.

Расширение торговли создавало возможность накопления денежных средств в руках купцов и ростовщиков и воз­никновению денежного рынка. Деньги чеканили короли, сеньоры, епископы, крупные города. Так, символом экономического процветания Генуи, Флоренции и Венеции стали с XIII в. золотой дженовин, флорин и дукат, причем флорин был своего рода международным эквивалентом.

Разнообразие монетных систем и единиц породило необходимость операций по обмену денег. Так выделилась профессия менял, которые занимались также переводом денежных сумм и ростовщичеством. С XIII в. в связи с разорением мелких тружеников города и деревни и расшире­нием торговли кредитно-ссудные операции получили значительный размах, особенно в сфере транзита и оптовых сделок. Стали возникать банковские конторы и банки. Характерно, что выделение финансовой деятельности в особую отрасль происходило на итальянской почве. Например, в Генуе банк Сан-Джорджо возник еще в XI в., а в XV в. его капитал превышал 10 млн лир. Итальянцы в совер­шенстве овладели такими инструментами, как векселя, кредит, торговые сделки на срок, займы и т.д.

В XV в. была сделана попытка основать центр денежного рынка в Безансоне, имперском городе во Франш-Конте. Центром финансовых сделок он не стал, но дал им имя. Фи­нансовый рынок стал кочующей „ярмаркой без места”, он собирался в разных городах, но всегда назывался „Безансон”. Его хозяином была Генуя, и генуэзский сенат по праву писал: „Мы – властелины денежных рынков и диктуем им законы”. „Безансон” был законодательным органом финан­сового мира, своеобразной международной фондовой биржей. Здесь устанавливался курс денег, совершались денеж­ные переводы, подписывались финансовые соглашения. Несколько позднее, в начале XVI в., объем сделок доходил до 40 млн золотых флоринов. „Безансон” стал предтечей фондовых бирж в Лондоне и Антверпене.

В XV в. во многих городах Италии были организованы учреждения, выдававшие ссуды под залог вещей, взимая за это около 5%. Их инициаторами стали францисканские монахи. Первоначально эти учреждения назывались „горой милосердия”, впоследствии их стали называть ломбардами, т.е. учреждениями, изобретенными итальянца­ми. Первый ломбард был основан в Перудже в 1462 г. Затем они стали массовыми – до 1512 г. они обосновались в 87 городах Италии.

Можно без преувеличения сказать, что древнейшие свободные формы капитала – торговый и ростовщический. Впервые этот капитал стал проникать в производство в XIV-XV вв. Обычно купец оптом закупал сырье и перепродавал его ремесленникам, затем скупал у них готовые изделия для продажи. Ремесленник отрывался от рынка сырья и сбыта и продолжал работать на торговца-скупщика уже в качестве наемного рабочего-надомника. Такая „раздаточная система” вела к ранним формам капиталистического производства – рассеянной мануфактуре.

В наиболее благоприятных условиях в XIV-XV вв. оказались города Южной Европы. Самой урбанизирован­ной была Северная и Центральная Италия, где расстояние между городами часто не превышало 15-20 км. Экономи­ческому подъему способствовало, во-первых, достаточно раннее по сравнению с другими европейскими странами развитие средневековых городов – еще с конца IX в.

Во-вторых, в ходе коммунальных движений здесь воз­никли мощные города государства, подчинившие себе всю округу. Они не были подвластны феодальным сеньорам, скорее сами стали таковыми. Феодальные отношения клас­сического типа здесь были ослаблены, город фактически подтягивал отсталую деревню к более высокому уровню товарного производства.

В-третьих, уже к концу XIII в. большинство крестьян Северной и Средней Италии было лично свободно, быстро шел процесс социального расслоения, что позволяло удов­летворять растущие потребности ремесленного производ­ства в рабочих руках.

В-четвертых, именно в юродах Северной Италии и Тосканы еще в XI-XIII вв. усилилась ремесленная дея­тельность. В Милане, Флоренции, Пизе, Сиене произво­дили тонкие сукна, в Лукке – шелковые ткани, в Кремоне – льняные. В Пизе, Генуе, Венеции строились корабли. Милан стал центром производства металлических изде­лий.

В-пятых, удобное географическое положение способствовало оживленному внутреннему и международному товарообмену. Известность получили ярмарки в Милане, Венеции, Ферраре. В XIII в. купцы Италии первыми получили торговые привилегии от французских монархов на ярмарках в Шампани. Итальянские города установили прямые контакты с Алжиром, Тунисом, Марокко, Егип­том, они лидировали в связях с Востоком. Одна только Венеция ежегодно инвестировала в торговлю 10 млн дука­тов, причем норма прибыли от торговли на дальние рас­стояния была баснословно высока – до 40%.

В-шестых, все это содействовало немалым денежным накоплениям. Уже в XIV в. торговые компании обладали огромными для своего времени денежными фондами, нап­ример в 40-е гг. счет Неаполитанского королевства во фло­рентийских компаниях достигал 200 тыс. золотых флори­нов, кредитные операции компаний Барди и Перуции до­ходили до 1,7 млн золотых флоринов. Бюджет Венеции в начале XV в. занимал первое место среди всех бюджетов Европы – 1,62 млн золотых дукатов, в то время как бюд­жет Франции составлял всего 1 млн золотых дукатов.

Названные процессы стимулировали образование ма­нуфактур. Наиболее характерный пример развития раннекапиталистических отношений дает Флоренция. Здесь правили старшие цехи – Лана (производители тонких сукон), Калимала (производители грубых сукон) и Сета (шелкоткачи). Заметим, что сукноделие в средние века иг­рало примерно ту же роль, что и несколько позднее метал­лургия. Уже в 30-е гг. XIV в. во Флоренции существовало от 200 до 300 крупных сукнодельческих мастерских, про­изводивших ежегодно не менее 1,6 млн м дорогого тонкого сукна. На операциях по переработке шерсти было занято около 30 тыс. человек, несколько тысяч занимались окрас­кой и отделкой грубого импортного волокна, каждый рабо­чий выполнял отдельную производственную операцию.

Наемные рабочие пополнялись из двух источников – за счет вчерашних крестьян и беднеющих ремесленников и подмастерьев. Кроме того, городская верхушка увеличи­вала свои богатства. Так формировались новые социаль­ные группировки: „жирный” народ, превращавшийся в раннюю буржуазию, и „меньшой” народ, ставший впос­ледствии пролетариатом.

Немаловажно и то, что цехи Италии хотя и строились по общеевропейской модели, но имели свои отличия: 1) в цеховых иерархиях Европы присутствовали три ступе­ни – мастер, подмастерье, ученик; в итальянских цехах это было скорее исключение, чем правило, обычно выпада­ло второе звено – подмастерье;

2) в состав итальянского цеха входили коллективные члены, представлявшие социальные группировки с разны­ми правами. Высшая категория цеха – организаторы про­изводства и владельцы основного капитала – являлись старшими членами цеха, более низкие, подчиненные кате­гории – младшими. Такая структура свидетельствовала о сложной организации цехов, о более эффективном разде­лении труда, чем при обычной цеховой системе, когда су­ществуют мелкие корпорации;

3) отсутствовала цеховая монополия, производитель товарной продукции не обязательно входил в цех;

4) в отличие от обычных средневековых структур здесь не было разделения на купеческие гильдии и ремесленные цехи. Ведущие члены цеха являлись организаторами и производства и торговли. Например, цех Лана был торго­во-промышленным предприятием: здесь закупали шерсть, финансировали производство, производили банковские операции, вели торговлю сукнами почти во всем европей­ском мире.

Все это способствовало более свободному развитию производственного процесса и торговли. Аналогичные яв­ления наблюдались в Болонье, Лукке, Перудже, Сиене и других городах Италии. Несколько позднее новые отноше­ния появились в шелкоткачестве и судостроении.

Очевидно, что зарождение раннекапиталистических отношений в Италии сыграло значительную роль в ее и мировой экономической истории. Оно привело к резкому повышению производительности труда и общему развитию экономики, сделало Италию самой передовой страной За­падной Европы XIV в., а ее города – одним из источников культуры Возрождения.

Таким образом, V-XV вв. явились важнейшим этапом в развитии западноевропейского региона. В этот период сформировалась и совершенствовалась феодальная струк­тура, наблюдался прогресс в аграрном секторе. Крупных успехов достигли города, ставшие динамичными центрами народного хозяйства, в которых зародились зачатки капи­талистического производства.


Страницы: 1, 2, 3, 4



2012 © Все права защищены
При использовании материалов активная ссылка на источник обязательна.